Есть театры, которые смотрят спектакли. И есть театры, которые сами становятся частью истории искусства. Большой театр принадлежит ко второй категории. В 2026 году ему исполняется 250 лет. Датой основания принято считать 28 марта 1776 года, когда Екатерина II пожаловала князю Петру Урусову привилегию содержать в Москве театральные представления. За два с половиной века здесь сменились эпохи, вкусы, императоры и политические системы, а сцена продолжала делать то, ради чего существует театр: превращать музыку, движение и человеческий голос в живое чудо.
Сегодня достаточно произнести несколько имен, чтобы перед глазами возник Большой: Чайковский, Мусоргский, Шаляпин, Уланова, Плисецкая, Максимова, Васильев, Григорович. Их искусство давно вышло за пределы одной сцены и стало частью мировой культурной памяти.
Здесь танцевали Чайковского
Пожалуй, ни один театр так тесно не связан с русским балетом, как Большой. «Лебединое озеро» сегодня кажется вечным символом классического танца, хотя его первая сценическая судьба была далеко не безоблачной. Чайковский написал балет по заказу Большого театра, а премьера состоялась здесь в 1877 году. Позднее произведение пережило множество редакций. Огромную роль в формировании привычного нам образа сыграли Мариус Петипа и Лев Иванов, а в XX веке к спектаклю обращались Александр Горский и Юрий Григорович. В результате «Лебединое озеро» превратилось в своеобразный экзамен для каждой великой балерины. Одетта-Одиллия стала одной из тех партий, по которым зрители десятилетиями узнавали масштаб артистки.
«Щелкунчик» пришел к Большому значительно позже. Версия Юрия Григоровича впервые была показана 12 марта 1966 года. Художником стал Симон Вирсаладзе, дирижером премьеры Геннадий Рождественский, а главные партии исполнили Екатерина Максимова и Владимир Васильев. Григорович увидел в рождественской сказке историю взросления человека. Поэтому его «Щелкунчик» получился одновременно праздничным и немного тревожным, с детским восторгом, страхом, любовью и ощущением перехода во взрослую жизнь. Постановка стала одной из самых узнаваемых версий балета и вошла в золотой фонд Большого.
«Спартак» и эпоха больших героев
Если «Щелкунчик» ассоциируется с волшебством, то «Спартак» стал воплощением силы. Премьера балета на музыку Арама Хачатуряна состоялась 9 апреля 1968 года. Юрий Григорович выступил одновременно хореографом и автором либретто, сосредоточив внимание на четырех главных персонажах. Спартак, Красс, Фригия и Эгина существуют здесь в мире страстей, власти, любви и борьбы.
Постановка принесла Большому мировую славу. Владимир Васильев, Марис Лиепа, Екатерина Максимова, Наталия Бессмертнова и другие звезды превращали партии героев в настоящие актерские портреты. Особенность «Спартака» еще и в том, что мужской танец здесь стал главным драматическим инструментом. Прыжок, поддержка, столкновение тел, огромные ансамблевые сцены создавали почти кинематографический масштаб.
От Мусоргского до Бизе
Оперный Большой имеет собственную мифологию. Один из ее главных героев, «Борис Годунов». Постановка Леонида Баратова впервые появилась на сцене театра в 1948 году. За сценографию отвечал Федор Федоровский, за дирижерский пульт встал Николай Голованов. Спектакль стал воплощением монументальной русской оперы и до сих пор считается одной из важнейших страниц истории театра.
Другой бессмертный хит, «Кармен». В 1959 году в Большом произошло событие, которое вполне можно представить как сюжет фильма. В Москву приехал итальянский тенор Марио дель Монако, один из крупнейших певцов XX века. В «Кармен» он вышел на сцену вместе с Ириной Архиповой. Зал встретил артиста овацией, а этот дуэт стал одним из самых ярких международных событий в истории Большого. Для Архиповой партия Кармен стала знаковой. Для московской публики это был редкий шанс увидеть на одной сцене отечественную звезду и легенду мировой оперы.
Уланова, Плисецкая, Максимова
Историю Большого невозможно рассказывать только названиями спектаклей. За каждым из них стоят люди, способные изменить само представление о профессии. Галина Уланова стала легендой «Жизели» и Джульетты. Майя Плисецкая создавала собственную художественную вселенную и превращала каждое движение в личное высказывание. Екатерина Максимова и Владимир Васильев стали одной из самых знаменитых пар отечественного балета.
Их поколение сформировало тот самый «золотой век» Большого, когда московская сцена стала центром мирового внимания. В труппе также блистали Наталия Бессмертнова, Марис Лиепа, Нина Тимофеева, Михаил Лавровский, Николай Фадеечев и многие другие. А Большой постепенно становился открытым миру. Гастроли 1956 года в Лондоне стали легендарными. «Ромео и Джульетта» Леонида Лавровского с Галиной Улановой в партии Джульетты произвели огромное впечатление на английскую публику. Спектакль, созданный на музыку Сергея Прокофьева, позднее оказал влияние на целую плеяду западных хореографов.
Когда в театр приходит мода
Большой давно существует на пересечении разных искусств. Здесь музыка встречается с архитектурой, балет с драмой, а театр с высокой модой. В 2019 году на сцене появилась «Габриэль Шанель». Балет о знаменитой француженке поставили Юрий Посохов и Алексей Франдетти, музыку написал Илья Демуцкий, а главную роль исполнила Светлана Захарова. Для спектакля были созданы десятки костюмов по мотивам оригинальных эскизов Дома Chanel. Еще раньше с Большим сотрудничали такие мастера мировой моды, как Ив Сен-Лоран и Юбер де Живанши. Сценический костюм здесь давно перестал быть просто одеждой. Он становится частью образа, пластики и драматургии.
Большой умеет меняться
При всей своей любви к классике театр никогда не был музеем. В разные годы здесь работали выдающиеся режиссеры и хореографы, приглашались иностранные мастера. Джон Ноймайер поставил для Большого «Сон в летнюю ночь», а в 2018 году его «Анна Каренина» объединила московскую сцену с Гамбургским балетом и Национальным балетом Канады. Главную партию танцевала Светлана Захарова. При этом Большой продолжает возвращаться к спектаклям, которые сформировали его лицо. В этом есть особая театральная интрига: одна и та же музыка через десятилетия звучит иначе, потому что меняется исполнитель, меняется зритель, меняется само время. Но сцена остается той же.
Театр, который невозможно отделить от искусства
250 лет Большого театра, по сути, невозможно вместить в одну историю. Здесь слишком много голосов, шагов, премьер, триумфов и провалов. Здесь звучал Шаляпин. Здесь пели Собинов, Лемешев, Вишневская, Образцова, Архипова. Здесь танцевали Уланова, Плисецкая, Максимова, Васильев, Лиепа. Здесь Григорович создавал свои спектакли, а Петипа и Иванов оставили хореографическое наследие, которое продолжают изучать и сегодня. И, наверное, поэтому поход в Большой театр никогда не сводится к тому, чтобы просто посмотреть оперу или балет.
Зритель садится в кресло, гаснет свет, и на несколько часов исчезает привычное время. Остаются музыка, человеческое тело, голос, свет и история, которую рассказывают без единого лишнего слова. Иосиф Бродский очень точно почувствовал эту природу балета, посвятив Михаилу Барышникову строки:
«Классический балет есть замок красоты,
чьи нежные жильцы от прозы дней суровой
пиликающей ямой оркестровой
отделены. И задраны мосты».
Возможно, в этом и заключается главный секрет Большого. Он каждый вечер строит такой замок заново. На несколько часов поднимает мосты и оставляет зрителя внутри красоты. А потом занавес опускается. И хочется, чтобы он снова поднялся.